любэ слушать

June 5, 2019 posted by

Длиннопост о “девчачьей музыке” в мальчишечьей культуре

Когда я работаю над текстом, фоном рандомно переключаются треки, и сегодня неожиданно включился “Пикник” (какового в моём плейлисте крайне мало).Я оторвалась от работы: мне вспомнился один забавный эпизод.
Много лет назад я шла по Питеру в компании одного из вождей современного анархизма (вот такой вот, да, парадокс), и мы несколько раз натыкались на афиши, анонсирующие концерт этой группы. Как выяснилось много позже, в тот момент он, что называется, прощупывал почву в отношении моей персоны – на предмет её дальнейшего применения. И потому спросил так ненавязчиво, дескать, нравятся ли мне эти ребята. По его интонации было ясно, что правильный ответ “нет”. Ну в крайнем случае “не очень”.
Будучи весьма юной и застенчивой, но всё же уже активисткой, я выбрала последний вариант – как средний между правдой и неправдой. Он удовлетворённо улыбнулся и поморщился: “Да, девчачья группа”. Я промолчала и задумалась. С тех пор эпизод забылся, а тема иногда вспоминается. И как-то сама собой обдумывается.

Класса до 6го – когда ещё трудно угорать по Аквариуму, (если, конечно, ты не растёшь в семье хипповавших филологов), а дома слушают группу Любэ и Богдана Титомира – мне очень нравились красивые длинноволосые эстрадные певцы, вроде Влада Сташевского. Они не были похожи на пьяных пузатых мужиков в метро, и не были похожи также на мужиков с золотыми цепями (тогда таких было много), и на удолбанных парней в трениках. Пожалуй, они даже больше были похожи на девушек, чем на мужчин, какие водились в этой стране в 90е, и от этого на душе делалось как-то спокойно и хотелось верить в их искренность и нежность, которые они так коммерчески эффективно изображали. Родственники-мужчины посмеивались над этим девчачьим пристрастием – мол, глупости – на таких щенков-то смотреть. И всё в таком роде.

А после 6го класса стало окончательно понятно,что красивых мальчиков (а также про любовь) – слушать неприлично – особенно если ты хочешь нравиться мальчикам в своём окружении (потому что это тебе, девочке, предстоит стараться стать похожей на девушек из их любимых – и не менее примитивных – групп, а они и не подумают подражать сладкоголосым юношам, которые тебе так милы, но даже и вовсе высмеют их известными словами, вслед за мужчинами-родственниками).
С одной стороны, именно это обстоятельство вынудило многих из нас познакомиться, например, с Metallica и Гр.Об., и полюбить их беззаветно и на всю жизнь (не то что тех, ради которых всё это делалось вначале). Но, с другой стороны, это ставило серьёзные границы тем первым и естественным витальным порывам, которые вообще говоря и лежат в основе удовольствия от чьего-то пения, и которые в первой юности так либидно окрашены.
Пришлось приучать себя к “правильным” группам. В том числе, к Сектору газа, Коррозии металла и Красной плесени – тогда их слушали все мальчишки. Сперва получалось плохо и немного тошнило и краснелось. Но вера в то, что со временем всё же научишься с удовольствием слушать “нормальную” музыку – музыку для мальчиков – придавала сил.
Правда,скоро оказалось, что симпатия мальчиков кое-чего стоит: например, общественного мнения о тебе как о “плохой девчонке”, (читай: проблем в школе, дома и везде где только можно ещё). Но это того стоило: ведь одобрение мальчиков означало хотя бы относительную эмансипацию от семьи и инициацию в обществе (мальчики – это “общечеловеки”, а не какие-то там девчонки, весь мир которых ограничен специальной женской песочницей, и если они тебя примут в свой большой мир, можно будет вместе быть поколением или даже обществом!!!).

А ещё чтобы попасть в мужской мир, нужно было читать. Потому что женщины читают только журналы. А мужчины – книги. И даже их пишут. Восторг от этого обстоятельства почему-то внушал удивительное заблуждение: будто те, кто их пишет, и те, кто их читает (а также даже и те, кто их не читает) – люди особые. Ведь они – мужчины. И надо стать не хуже, надо быть достойными и заслужить у них звание людей.

Одним словом, мы с подругами быстро научились разбираться в “мужской” музыке – кстати, даже лучше многих мальчиков-сверстников, и уже очень скоро искренне наслаждались тем, что находили на этом пути, уйдя с головой в непрерывный апгрейд своего музыкального вкуса, выходя на новые и новые темы, и, к счастью, постепенно забывая, с чего всё начиналось. Однако этот путь почему-то продолжал восприниматься нами как особенный, мужской (=общечеловеческий), и мы искренне презирали отсутствие на этом прекрасном пути женщин, а если и попадался, к примеру, женский вокал, мы с отвращением игнорировали его, находя это омерзительным – как ложку дёгтя в бочке мёда. Тогда мы даже выдумали себе мужские имена и именовали друг друга исключительно так.
С тех пор утекло много воды. Много прочитано книг, много пережито композиций. И теперь я тоже элитистски шучу про людей, не способных отличить Coil от Lacuna Coil. Кроме того, я даже успела полюбить женский вокал.
Однако среди прочей чувственной музыки – “женскую” музыку мне отчего-то по-прежнему слушать неловко. Женскую, разумеется, не на уровне эстрады – потому что и мужскую на уровне эстрады слушать было бы странно (хотя девушки, конечно, слушают мужские группы – чтобы быть похожими на тех, кто в них поёт, а вот наоборот – как говорилось выше – не бывает).
Например, несколько лет назад мне было крайне не по себе обнаружить, что на концерте “Poets of the fall” – 80% – зрительницы. Даже в этом жанре гендерное разделение ощутимо присутствует. Только вот где оно локализовано?..

Спустя время я поняла: локализовано оно, пожалуй, где-то в районе линии того, что эмоционально и сексуально приятно женщинам – по линии, на которой появляется вкрадчивый мужской голос, кошачья пластика тела, томный взгляд и обещание телесного тепла, участия и эмоциональной вовлечённости. Словом, всё то, что так редко, так не принято и не распространено в грубой и топорной мачистской и солдафонской культуре постсоветского пространства. В мачистском дискурсе переступающий эту линию, конечно, – “не мужик”, “клоун”, “баба” или “подкаблучник”.

Мне вспоминается замечательная сцена из недавно вышедшего фильма “Pride”, где гомосексуальный мужчина виртуозно и сексапильно танцует в клубе, и все женщины приходят от него в восторг, а шахтёры поначалу смотрят с отвращением, неуклюже (но зато по-пацански) толпясь по углам, а потом начинают ему завидовать и, в конце концов, берут у танцора уроки – чтобы тоже пользоваться у женщин успехом. Но это Уэльс. А в России всё по-другому.

В самом деле, какая разница что нравится женщинам? Ну дуры они, вот и нравится им всякая чушь. Всякие щенки и вертихвосты. Развесят уши и слушают всякий бред – потому что кроме любви у них ничего нет в голове (то ли дело рыбалка, машина и гараж! Это же совсем другие материи – высокие и общечеловеческие). Логика описания женской сексуальности в России, увы, в целом именно такова. И это – неплохая почва для всевозможных народившихся как грибы после дождя скотов, пишущих учебники о том, как нас правильно бить и насиловать.

Девочки, девушки и женщины России, вздыхающие по табуированной в маскулинной культуре мужской нежности, улыбчивости и притягательной лёгкой ангельской андрогинности, выражаемой артистами самого разного уровня (от Энрике Иглесиаса до Марко Сааресто или Брайана Молки) – явно обречены на подтрунивание со стороны мужчин, видящих в этом лишь блажь – вроде 8го марта. Ну баба же – пусть немного соплей пустит, чёрт с ней.
Зато с мужской сексуальностью всё обстоит иначе: то как показано, что привлекает мужчин, – провозглашается нормой и императивом для женщин. Более того, именно из того, как в маскулинной культуре изображается мужское влечение и удовольствие, женщина узнаёт не только какой ей надлежит быть, но и что ей надлежит чувствовать, и в какой момент. То есть буквально постигая себя как объект воздействия. И приноровляясь к этому противоестественному положению – с весьма призрачной, надо сказать, перспективой испытать что-то хотя бы отдалённо напоминающее её искренние былые грёзы. Потому что светит ей отнюдь не чувственный Энрике Иглесиас, а, скажем, дядя Вася. И у него, само собой, с чувственностью всё простовато. Чай-кофе-потанцуем. Увы и ах.

Иногда такое положение вещей оборачивается для девушек нешуточной перверсией. Например, можно, пытаясь сбежать от чудовищности такой бытовой конформистской безысходности, попытаться стать образцовой Белоснежкой и слушать группы “Агата Кристи” и “Rammstein”, и учиться смирению с тем, какое место в их сексуальном орнаменте отведено женщине. Конечно, не так мерзко, как морализаторская пацанская рэпчина нулевых, и даже иногда поэтично. Но бинтование ножки есть бинтование ножки. К тому же, об этом надо писать отдельно.

Одним словом, гендерные проблемы простираются далеко за пределы очевидных вопросов. А конституирование гендера происходит отнюдь не только в семье и учреждениях. Язык культуры, в котором мы растём и проходим становление, может быть по-настоящему тоталитарным – не только на официальном уровне. В случае женщины и феминности как таковой – он оказывается тоталитарным даже в областях релаксации и чувственности, противопоставляя гибкости- жестокость и грубость, витальности – брутальность.
И в этом смысле завоевания сексуальной революции, в ходе которых феминность как в женщинах, так и в мужчинах (как здоровый и естественный компонент) была частично реабилитирована, – обошли Россию стороной, оказавшись удачным пугалом, когда её правителям понадобилось создать страшный образ внешнего врага. Поэтому один из множества шагов, которые нам ещё предстоит сделать, – это шаг к реабилитации феминного – прочь от андроцентризма и брутального солдафонского мачизма – от которого, кажется, тошнит уже не только женщин, но и, хочется верить, всё больше – мужчин.

(с) Schwarze Maria

5 Comments

5 Replies to “любэ слушать”

  1. Lena Larina says:

    Зато вот бывший меня гнобил за “женские” сериалы типа Друзей, книги женских авторов, вроде Громыко, и прочее такое

  2. Lena Larina says:

    Меня в младших классах почти принуждали слушать “девчачье”, хотя дома всегда играл рок. Я даже просила кассету Спайс герлс, хотя не знала кто это, просто в компании девчонки фанатели и надо было не отставать. Кассету мне купили, прослушала я ее два раза за всю жизнь. Я не к тому что авторка не права, но окружение разное бывает.

  3. Аноним says:

    Таня, мне кстати самой лично тоже не довелось, но как видишь, для многих жиза, да и по наблюдениям это вижу. Мы просто с тобой не были в такой компании, где есть лидер анархистов (лол кек чебурек) и все под него прогибаются. Это для мужской тусы больше характерно, где есть несколько “своих” нетаких дам. Но благо, вот уж не думала, что когда-нибудь скажу это, жизненные обстоятельства отвели меня от этого)

  4. Таня Бубнова says:

    Я чет никогда особо не замечала разделения на мужскую и женскую музыку. Я тут не обесцениваю мысли авторки если что. Прост наверно мне повезло ) В школьной компании все вместе (м и Ж) слушали все подряд, Рамштайн, Депеш мод, Мадонну, Аллегрову и рэпчик

  5. Таня Бубнова says:

    , ага. Вообще согласна с написанным. Просто мысль такая “ну хоть где-то мне повезло”

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked *